Тюрьма за «серый» обмен крипты

Сегодня, 13 апреля, вышла новость о том, что в Госдуму внесен законопроект о введении в Уголовный кодекс РФ новой статьи 171.7 за незаконный оборот цифровой валюты. Правительственная комиссия по законопроектной деятельности уже официально одобрила этот пакет поправок, что говорит о том, что принятие законопроекта это уже вопрос ближайшего времени.

Пороги для квалификации преступления установили следующие:

• От 3,5 млн рублей — крупный размер. Наказание за такое деяние предусматривает лишение свободы на срок до 4 лет. Важно понимать, что для квалификации по этой части не обязательно быть крупным криптообменником с офисом в Сити. Достаточно регулярных операций P2P-арбитража, которые в совокупности превысят этот порог.

• Если работала организованная группа или оборот превысил 13,5 млн рублей, то можно отправиться на срок до 7 лет. Под «организованной группой» следствие возможно сможет даже квалифицировать связку из двух-трех человек: например, системного администратора обменника, оператора в чате и курьера, выдающего наличные.

Причем расследовать эти дела поручат напрямую Следственному комитету и ФСБ.

Уровень федеральной угрозы или почему крипту отдали ФСБ и СКР

Прежде чем продолжить, нужно сделать важное отступление и посмотреть на то, как устроена система контроля внутри силового блока и ФНС. Выбор ведомств для расследования новой статьи 171.7 — это не случайность, а прямой сигнал о том, как государство теперь оценивает нелегальный оборот криптовалюты.

Обычно расследованием экономических преступлений (незаконное предпринимательство, уклонение от уплаты налогов, мошенничество в сфере бизнеса) занимается МВД, в частности — профильные отделы экономической безопасности и противодействия коррупции (ОЭБиПК).

У них есть своя внутренняя сегментация, кто-то занимается лесом, кто-то табачной продукцией и акцизами. Но передача контроля над цифровой валютой в руки ФСБ и Следственного комитета выводит этот вопрос из плоскости «обычных экономических правонарушений» на уровень защиты национальной финансовой безопасности.

Этим законопроектом государство говорит о том, что теневой оборот крипты это угроза стабильности финансовой системы, канал для потенциального вывода капитала и финансирования противоправной деятельности. Федеральная служба безопасности и СКР обладают совершенно иным уровнем технического оснащения, полномочиями для проведения сложных оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) и доступа к межбанковским протоколам обмена данными.

Как это коррелирует с работой налоговых органов?

Про ФНС вы, наверное, слышали только в контексте отделов выездных (ВНП) и камеральных (КНП) налоговых проверок, которые делятся по разным налогам (НДС, прибыль и т.д.). Но внутри всё устроено несколько сложнее. В ФНС в отделах ВНП, КНП или ППА (предпроверочный анализ) официально закрепленных узкопрофильных подразделений, например, «по криптовалюте», нет. Поэтому начальники формируют внутри отделов негласные рабочие группы или просто выделяют одного-двух аналитиков, которые занимаются только профильными, высокотехнологичными направлениями бизнеса.

Так вот, одним из таких сложных отраслевых направлений, которое я вел в ФНС в рамках предпроверочного анализа, и теперь все похоже на то, что ФНС и ФСБ с СКР будут работать в связке, а значит уровень контроль будет соответствующий — на уровне двух федеральных ведомств.

Почему новый закон был неизбежен?

Сегодняшняя новость о новой уголовной статье не стала для меня сюрпризом. Я давно ждал этого шага от государства и даже удивлен, почему только сейчас нормативная база догнала технические возможности контролирующих органов.

Долгое время сектор цифровых активов находился в серой зоне. Не буду сейчас отдельно проходиться по тем законам в сфере майнинга. Скажу лишь, что было странно видеть (особенно для нашего государства), что в законодательной базе как таковая отсутствовала санкция за подобную теневую деятельность на протяжении столь длительного периода времени.

Налоговики и силовики уже давно обладают возможностями, чтобы видеть товарно-денежные потоки и выявлять аномалии в цепочках транзакций. Но у государства банально не было профильного инструмента — правовой «дубины», с помощью которой можно было бы привлекать к ответственности, и соответственно заинтересовать соответствующие ведомства взять такие дела в «работу». Поскольку применять классические статьи за незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ) было сложно из-за неопределенного правового статуса самого предмета торговли.

И вот наконец — «свершилось». Закон 171.7 УК РФ ставит точку на неопределенности силовиков касательно работы этой сферы. В итоге теперь все логично, государство приняло правила игры (легализовало майнинг, обязало вступать в реестры ФНС, определило статус операторов), а теперь вводит уголовную ответственность для тех, кто эти правила проигнорирует.

Думаю, все помнят, что было с крупными P2P-площадками, когда ФСБ пришли в башни Москва-Сити. Показательные рейды тогда коснулись только верхушки айсберга обналичивания. Теперь же, с появлением порога всего в 3,5 миллиона рублей, силовики добрались уже и до рядовых обменников, и до частных арбитражников. И не просто добрались, а решили окончательно «зарегулировать» этот рынок, выдавив из него всех несистемных игроков.

Чем это грозит и как будут искать

Для тех, кто выводил фиат в России через «менял» (в чатах в телеграм) или занимался арбитражем на P2P-платформах, наступают непростые времена. Иллюзия анонимности криптовалют разбивается о суровую реальность «фиатных шлюзов», которые теперь нужно ещё и поискать…

Как только крипта касается традиционной банковской системы (а это неизбежно при выводе в рубли), в дело вступают банковские антифрод-системы и протоколы по борьбе с дропами (подставными лицами, чьи карты используются для транзита). В последние годы ЦБ РФ обязал банки внедрить мощнейшие алгоритмы мониторинга подозрительных операций. Системы финансового мониторинга банков мгновенно маркируют веерные переводы, нетипичную активность по счетам и связи с уже известными дроп-сетями.

Вся эта информация аккумулируется в Банке России и по запросу моментально уходит в правоохранительные органы. Если раньше участники P2P-рынка рисковали в худшем случае блокировкой счета по 115-ФЗ (с возможностью вывести деньги с комиссией) или доначислением НДФЛ, то теперь ставки кратно возросли.

Если делом занимается ФСБ и СКР, это означает, что полноценные оперативно-розыскные мероприятия (ОРМ) в отношении таких лиц совсем не за горами, так как для этих структур контрольные закупки крипты под видом обычных клиентов, глубокий анализ трафика (DPI) с помощью провайдеров, отслеживание IP-адресов и жесткая выемка серверной техники — обычная, повседневная деятельность. Учитывая, что многие обменники ведут логи, сохраняют переписки с клиентами в Telegram и используют одни и те же кошельки, доказать умысел на извлечение незаконного дохода будет не так-то уж и сложно.

Тем более учитывая легкость квалификации таких нарушений по новой статье. Порог в 3,5 миллиона рублей дохода или ущерба при текущем курсе USDT и биткоина — это совсем небольшая цифра для бизнеса, который живет на обороте. Любой более-менее активный участник рынка быстро пробивает этот лимит, автоматически формируя состав преступления крупного размера.

Государство выстроило цифровую инфраструктуру, накопило компетенции и теперь переходит к активной фазе зачистки рынка от тех, кто не желает работать через официальные реестры и платить налоги, иными словами — «эпоха крипто-вольницы в России официально завершается».

Более подробный разбор юридических и технических нюансов этого законопроекта, а также того, как алгоритмы ФНС выявляют связь между криптокошельками и реальными физическими лицами, будет в следующих материалах.

Если вам интересна эта тема, то можете читать подобные разборы в моем телеграм-канале «Налоговый Инсайдер». За плечами у меня 12 лет работы в ФНС, поэтому если у вас есть какие-то вопросы по налоговому контролю, то можете писать их в личку, или в телеграм.