АЭС для всех, или как мы провели двухдневный воркшоп в Индии

Как обучить работе с тренажёрами АЭС группу из 30 человек в Индийском технологическом институте Бомбея (IIT Bombay), если половина аудитории впервые слышит про атомную энергетику, а другая половина уже готова моделировать аварийные ситуации?

Именно с таким вызовом я столкнулся, когда готовил курс для индийских коллег. Мы разделили программу на два дня. В первый день — теория: основы работы АЭС, подготовка персонала, принципы создания математических моделей и тренажёров. Во второй — полноценный воркшоп с индивидуальной работой на тренажёрах.

Но гладко было только на бумаге. На практике пришлось решать целый ряд задач:

• индивидуально настраивать и развёртывать тренажёры на каждой рабочей станции;

• адаптировать подачу материала под разный уровень подготовки;

• учитывать культурные особенности и стиль обучения аудитории.

Стоит отметить, что мне приходится довольно часто выступать с различного рода лекциями, начиная от электротехники, системам автоматического управления, до программирования различных приложений и созданию цифровых двойников – это как внутренние семинары по повышению квалификации персонала, так и публичные выступления в ВУЗах нашей необъятной Родины. В общем, занятие знакомое, однако проведение такого обучения в зарубежном ВУЗе – это для меня было впервые.

В этой статье я поделюсь опытом, как мы справлялись с этими вызовами, какие решения оказались эффективными, а какие — нет, и что стоит учитывать, если вы планируете что‑,то подобное.

Чтобы понять о каких тренажерах идет речь, рекомендую ознакомится с хорошей статьей от коллег по цеху.

Часть первая — подготовка рабочих мест к воркшопу

Казалось бы, что может пойти не так при подготовке компьютеров к воркшопу? Но даже на этом этапе нас ждал сюрприз — проблемы с WSL (Windows Subsystem for Linux). Наше ПО работает в контейнерах внутри WSL, и для стабильной работы требовалась свежая версия. Вот тут‑то и началось: политика обновлений Microsoft оказалась не на нашей стороне.

Найти и скачать нужный дистрибутив для обновления WSL оказалось настоящим квестом — официальные каналы не давали прямой ссылки, а доступные версии не всегда подходили. Пришлось срочно связываться с инженерами в Москве — а это +2,5 часа к времени ответа из‑за разницы в часовых поясах. Вместе мы нашли нужный дистрибутив, протестировали установку на одном компьютере, составили инструкцию и только после этого начали развёртывание на всех рабочих станциях.

Всего на подготовку 30 рабочих мест ушел почти весь день дня вместо запланированных 2-3 часов. При этом на нескольких машинах пришлось полностью переустанавливать WSL из‑за накопившихся ошибок конфигурации.

Мораль истории: даже если вы делали это тысячу раз и у вас есть все установщики и библиотеки, всегда закладывайте 1–2 дня на подготовку. Поверьте, это время окупится сторицей, когда в день воркшопа всё заработает с первого раза.»

Часть вторая — лекции и ответы на вопросы

Здесь уже все оказалось попроще- материал был подготовлен, презентации, видео материалы и демонстрация софта. Довольно привычное дело. Но основная сложность, с которой мы столкнулись, лежала не в технической плоскости, а в сфере коммуникации.

Я заметил интересную и довольно устойчивую особенность поведения: многие участники сначала очень громко задавали вопрос или перебивали объяснение, привлекая внимание всей аудитории. Но когда я просил повторить вопрос более чётко — чтобы его услышали все, — голос собеседника резко становился тише, почти шёпотом. В сочетании с так называемым хинглишем (смесью хинди и английского, характерной для повседневного общения в Индии) разобрать суть вопроса становилось ещё сложнее.

Проявления этой особенности на практике:

• Громкое начало — тихое продолжение. Участник поднимает руку, громко восклицает: «Excuse me, sir!» или «I have a question!», но когда я подхожу и прошу повторить вопрос, голос снижается до едва слышного уровня.

• Быстрая речь и смешение языков. В вопросе переплетались английские технические термины с хинди, иногда добавлялись слова на маратхи (распространённом в регионе Бомбея). Например, вместо «How to reset the reactor power?» могло прозвучать «Reactor power reset karna kaisa hai?».

• Невербальные сигналы. Часто вопрос сопровождался жестами, которые без чёткой вербальной поддержки были неоднозначны.

• Коллективное обсуждение. Иногда один участник начинал задавать вопрос, а несколько соседей тут же включались в обсуждение на хинглише, создавая общий гул.

При этом важно подчеркнуть: такое поведение не было признаком неуважения или отсутствия подготовки. Напротив, оно ярко демонстрировало вовлечённость и жажду знаний.

Вообще, могу с уверенностью сказать, что индийские коллеги проявили исключительную заинтересованность и активность:

• вопросы шли потоком — по каждому этапу работы с тренажёром;

• участники не боялись уточнять даже базовые вещи, если что‑то было непонятно;

• многие подходили после занятий за дополнительными разъяснениями;

• в группах шло активное обсуждение и взаимопомощь — более опытные участники помогали новичкам.

Как мы адаптировались к этим особенностям:

1. Я стал специально просить повторить вопрос громко, для всей группы. Это не только помогало мне услышать суть, но и вовлекало остальных в обсуждение.

2.  Активно использовал визуализацию. На каждый ключевой вопрос я кратко записывал суть на доске или в презентации, сопровождая схемой или скриншотом из тренажёра.

3. Поощрял «переводчиков» в аудитории. В группе всегда находились 1–2 участника с отличным английским, которые могли помочь сформулировать вопрос чётко.

4. Ввёл правило «одного микрофона». Прежде чем ответить на вопрос, я кратко переформулировал его вслух: «If I understand correctly, you’re asking how to change the coolant flow rate? Let me show you…». Это помогало убедиться, что я правильно понял суть, и давало всем возможность услышать вопрос.

5. Заложил дополнительное время на Q&A‑сессии. Вместо 10 минут я выделял 20–25, понимая, что часть времени уйдёт на уточнение формулировок.

Мораль: будьте готовы вслушиваться и отвечать на большое количество вопросов. Более того — воспринимайте это как позитивный сигнал вовлечённости аудитории. Чтобы сделать коммуникацию эффективной:

• заранее настройтесь на необходимость переспрашивать и уточнять;

• используйте визуальные опоры (доска, слайды, схемы);

• поощряйте взаимопомощь внутри группы;

• закладывайте в план занятия на 30–50 % больше времени на вопросы, чем вы привыкли;

• проявляйте терпение и уважение к стилю общения участников — за внешней суетой часто стоит искреннее желание разобраться и научиться.

Такой подход не только решает проблему понимания, но и укрепляет доверие аудитории, делая обучение по‑настоящему интерактивным и продуктивным.

Часть третья — практические занятия

Как только мы перешли к практике — даже к самому простому этапу, где нужно было просто ознакомиться с интерфейсом тренажёра, — началось настоящее безумие. Все 30 человек одновременно начали тыкать кнопки, а потом хором обращаться ко мне:

• «А куда я нажал? Что это за цифра поменялась?»

• «А как посмотреть, как работают пассивные системы безопасности? Это же очень важно!»

• «Я вообще ничего не нажимал, а оно сломалось! Что делать?!»

Сначала это выглядело забавно, но очень быстро стало понятно: если так пойдёт дальше, у меня просто не останется сил довести занятие до конца. Вопросы сыпались со всех сторон, приходилось метаться от одного компьютера к другому, а программа обучения начала трещать по швам.

Что помогло справиться:

• Я остановил поток вопросов на пару минут и предложил новый формат: «Ребята, давайте договоримся. Если у вас вопрос — поднимайте руку. Я буду подходить по очереди. А самые частые вопросы мы разберём вместе на большом экране».

• Разбил группу на тройки, где более опытные участники помогали новичкам разобраться с базовыми функциями.

• Подготовил шпаргалку с подписями к кнопкам интерфейса и разослал её в чат — это сразу снизило количество вопросов про «что это за кнопка?».

• Заложил в план блок «свободных вопросов» в конце занятия, куда перенёс всё, что не успевали разобрать оперативно.

  

В итоге, мы прошли от знакомства с тренажером, до проведения таких базовых операций как разгрузка/нагрузка станции по электрической мощности, моделирование неисправностей с типовым оборудованием (электродвигателями, задвижками), сымитировали различные сценарии потери электроснабжения станции, и даже, смоделировали разрыв главного циркуляционного трубопровода.

Интересно, но приложение с визуализацией параметров активной зоны в 3D пользовалось особенной популярностью.

Аудитория активно проявляла интерес к технологии разработки моделей, и последние 40 минут воркшопа я уделил и этому вопросу, продемонстрировав САПР и создание модели собственных нужд АЭС.

Главный урок: не бойтесь твёрдо идти по программе, но и не отмахивайтесь от вопросов. Найдите баланс между дисциплиной и вовлечённостью — и тогда практика будет продуктивной для всех.

Итог

Подводя итоги обучения в IIT Bombay, могу с облегчением сказать: всё прошло успешно! Технические проблемы, которые нас так беспокоили на этапе подготовки, оказались незначительными — мы с ними быстро разобрались. А главное — материал усвоен, и это видно не только по результатам обратной связи (анкеты заполнили практически все слушатели), но и по горящим глазам участников во время практики.

Но был и важный урок для меня как лектора. Когда в аудитории 30 человек с совершенно разным уровнем знаний — кто‑то впервые слышит про АЭС, а кто‑то уже готов моделировать аварийные сценарии — донести информацию до каждого становится настоящим вызовом.

Приходилось на ходу:

• упрощать сложные концепции для новичков;

• углубляться в детали для продвинутых слушателей;

• находить баланс между теорией и практикой;

• отвечать на сотни вопросов, часто повторяющихся, но жизненно важных для спрашивающего.

Это действительно тяжёлый и непростой труд. Но когда видишь, как человек, который час назад не понимал, что такое реактор, теперь уверенно(почти) управляет виртуальным тренажёром, — понимаешь: оно того стоит.

Главный вывод: разнородная аудитория — это не проблема, а возможность. Если правильно выстроить процесс, каждый участник получит именно те знания, которые ему нужны. И этот опыт обязательно пригодится в будущем.

 P.S.: А всем, кому интересно поуправлять своей собственной АЭС большой мощности напишите по адресу itcget@rosatom.ru