NeuroXess. Исследуем мозговой чип из Китая, вживленный уже 54 реципиентам

Будем честны: несмотря на невинно избиенных роботов Boston Dynamics, робособак с индийским акцентом, патрулирующих под покровом ночи улицы Сан-Франциско, и успехи серии Neo в загрузке посудомоек, Китай обошел США по части роботов. Пока масс-маркетный Unitree G1 распугивает свиней в Польше, другие модели занимаются серьезными вещами. Так, только в 2024 году в самом Китае было установлено 295 000 промышленных роботов — это больше, чем в любой другой стране. 

И вот теперь что-то похожее на тихий китайский захват происходит и с областью нейроинтерфейсов. 

Живая реклама Neuralink — Нолан Арбо, появляющийся в эфире то у Джо Рогана, то у Мистера Биста, — 1 из 21 пациента, которым с 2024 года установили девайс. Тогда как никому не известный по эту сторону планеты имплант NeuroXess вживили уже 54 людям, причем почти всем — за 2025 год.

К концу 2025-го Поднебесная издала документ, в котором без обиняков заявила, что собирается к 2030-му достичь в отрасли интерфейсов «мозг-компьютер» (BCI) мирового господства. Западный мир был изрядно удивлен, узнав, что кроме интерфейсов для виляния фурри-хвостами в Китае есть полноценные исследования в области BCI — более того, их уже свыше 10. Пациенты, которым были имплантированы кортикальные BCI-массивы, управляли приложениями, играли в шахматы, а мужчина, потерявший все четыре конечности из-за удара током, гонял в машинки.

Да, Китай начал позже, чем США (1990-е против 1970-х), но и движется он быстрее. Как резонно отметил профессор нейробиологии, содиректор Центра нейроинженерии при Джорджтаунском университете Макс Ризенхубер: «Мы знаем, что Китай силен в преобразовании фундаментальных исследований в практическое применение и коммерциализацию. Мы видели это в других отраслях, таких как фотовольтаика и электромобили. Для BCI-интерфейсов это будет иметь решающее значение».

Сейчас в планах Китая — создать несколько крупных отраслевых компаний, которые будут осуществлять экспансию на мировой рынок. Одной из них, скорее всего, станет та самая NeuroXess, уже охватившая своими электродными сетками кору мозга 54 пациентов.

Китайская модель 

В принципе, преимущества китайской бизнес-модели очевидны, стоит только заговорить о BCI. В стиле Китая быстро переходить от слов к делу — так сказать, идти сразу в прод. В США же ходить сразу в прод не принято (все-таки прод в данном случае — человеческое тело), поэтому область BCI зарегулирована настолько, что получение разрешений затягивается на годы, а то и десятилетия. Эксперименты в сфере нейрокомпьютерных интерфейсов начались еще в 1970-е, однако до стадии первых клинических испытаний на людях дошли только в 2021 году (Synchron), а затем в 2023-м (Neuralink). До этого все оставалось в рамках лабораторий и строго ограниченных клинических кейсов. Нет, класть всех под нож и вживлять всем подряд девайсы уровня Ghost in the Shell brain jack, конечно, не стоит, но сократить на несколько лет клинические испытания с помощью крепкой руки государства, возможно, не помешало бы. Так и поступили в Китае.

Крепкая рука государства

Рука сформулировала свои правила однозначно — в августе прошлого года китайцы издали документ, в котором изложили свой план экспансии отрасли на ближайшие пять лет.

«План реализации мер по содействию инновациям и развитию индустрии интерфейсов “мозг-компьютер”», разработанный семью министерствами, объединяет три в одном: промышленное планирование, медицинское регулирование и надзор за исследованиями. Иными словами, вместо перспективы надоедать местному FDA извне медтехам обеспечат участие регулирующих органов с самого начала, что потенциально сократит сроки от исследований до выхода на рынок на несколько лет. 

Дорожная карта строится на базе 17 конкретных мер. В приоритете: 

• разработка имплантируемых чипов со сверхнизким энергопотреблением,

• совершенствование электродных материалов для минимизации образования рубцов (в СМИ пишут, что уже созданы 128-канальные кортикальные электроды, которые демонстрируют стабильную работу и снижение тканевой реакции после имплантации); 

• создание алгоритмов для расшифровки мыслей (что важно — мысли на китайском!) в реальном времени;

• упор на снижение зависимости от западных чувствительных узлов (нейропроцессоры, высокоточные АЦП/ЦАП, сигнальные чипы и пр.) путем собственных R&D в этой области.

Что до таймлайна, то к 2027 году планируется перевести интерфейсы из области испытаний в реальную клиническую медицину, а к 2030-муу — сформировать полноценную коммерческую индустрию. 

NeuroXess

Этот китайский стартап действительно можно считать одним из вероятных кандидатов на роль флагманов BCI-отрасли. Не только потому, что его команде удалось создать самый внушительный на сегодня пул живых людей с мозговыми имплантатами. И уж точно не потому, что маркетинговую мантру о «китайском конкуренте Neuralink» раструбили медиа, а глава компании Тайгер Тао дал интервью Financial Times. 

Да, все, кому был имплантирован девайс, умеют в стандартный стек BCI-киборгов: набор текста, управление роборукой, компьютерным курсором, приложениями, умным домом и так далее — но это сегодня база. Что же до маркетинга, им и правда можно свернуть если не горы, то заинтересованные шеи глав бигтехов — этому нас учит пример членистоногого фаундера OpenClaw Питера Штайнбергера. Но здесь все-таки не тот случай — у технологии есть несколько действительно интересных инженерных свойств. 

Но сначала вводные.

Срединный путь

NeuroXess появилась в 2021 году, инициаторами создания стала команда шанхайских нейроинженеров, связанных с системой госпиталя Хуашан и Китайской академией наук. Уже тогда зарождалась связка «лаба + клиника + инженерная группа», где разработка сразу проектируется под хирургический цикл. 

Инженеры поначалу не стали связываться с модификациями шипованного босса BCI Utah Array (пока, сравнение с Neuralink!), а пошли по срединному пути кортикальных электродных массивов. Технически речь идет о гибкой сетке из микроэлектродов толщиной в 1% человеческого волоса, которая все еще вводится в череп, но не протыкает кору, а снимает суммарную активность нейронов прямо с поверхности.

Сама идея сетки — не новая. И даже не из BCI-эры. Это продолжение классического подхода — электрокортикографии (ECoG). Еще в начале XX века нейрофизиологи В. В. Правдич-Неминский и П. Ю. Кауфман показали, что биоэлектрическая активность мозга напрямую связана с состоянием ЦНС: уровнем бодрствования, глубиной наркоза, изменениями метаболизма и т. д. 

В 1920-х эти результаты легли в основу работ немецкого психолога Г. Бергера, который во время операций по коррекции дефектов черепа размещал электроды на поверхности коры и фиксировал так называемые «мозговые волны». Позже, в 1940–50-е, нейрохирург У. Г. Пенфилд и нейрофизиолог Г. Г. Джаспер взяли практический вектор: ловили эпилептические очаги на открытом мозге и так определяли, где именно «коротит» кора. А спустя еще 80 с лишком лет им наследовали китайские создатели мозговых чипов — такая вот внезапная преемственность.

Конечно, у срединного пути между инвазивностью и неинвазивностью есть свои особенности — скорость тут приносится в жертву безопасности. В ходе испытаний Neuralink достигал 10 бит/с, тогда как NeuroXess — лишь 5,2 бит/с. Впрочем, китайские инженеры заявляют, что компенсируют этот недостаток высокой плотностью контактов на сетке, многоканальностью записи и работой над биосовместимостью материалов для долгой «носки» без воспаления и рубцов (известная проблема Neuralink). 

Да и в целом, чего уж там, живой пациент со слегка залипающим курсором лучше, чем быстрый, но мертвый. Отдавая в своем интервью должное коллегам, Тайгер Тао заметил, что надеется: в конечном итоге неинвазивные интерфейсы станут настолько хороши, что вскрывать черепа вовсе не придется. 

Пока же пациенты довольно быстро оправляются от операций: так, 21-летняя пациентка, страдающая эпилепсией, всего через 48 часов после операции смогла играть в «Змейку» — ей не пришлось ждать, пока электроды приживутся, а для базовой калибровки хватило несколько часов.

Ну, а теперь пара обещанных интересных инженерных моментов. 

Чип на аутсорсе

Инновация китайских инженеров — та, которой мир BCI ждал уже давно, — избавление черепа от навешанных на него конструкций. Внутри остается только имплантируемая часть: кортикальная сетка электродов и миниатюрный коллектор, собирающий сигнал. Все остальное — контроллер, батарея, антенна и процессор — вынесены во внешний блок в области груди. Такое разделение решает сразу несколько проблем:

• вблизи мозга нет тепловыделяющей электроники,

• упрощается герметизация импланта,

• легче масштабировать число каналов без усложнения хирургической части,

• снижается риск деградации системы из-за биосреды.

Фактически мозг взаимодействует только с тонкой сенсорной частью, а вся вычислительная сложность остается вне организма, внутрь идет лишь скрытый под кожей кабель. 

Кабель, кстати, единственный. Заряжается устройство индуктивным способом, а данные передаются по Bluetooth для низкочастотных сигналов и по Wi-Fi, когда нужна высокая пропускная способность. На принимающей стороне работает операционная система XessOS. Она выполняет извлечение признаков и декодирование двигательных намерений (задержка 60 мс для 256-канальной модификации — против 22 у Neuralink), а также декодирует речь (задержка 100 мс для аналогичной модификации). И вот тут начинается следующее интересное.

Китайская грамота

Декодирование китайской речи — задача, сложная даже для тех, кто на ней общается. Европейская система тут не подходит — у нее совсем другая нейролингвистическая парадигма. А значит, надо начинать почти с нуля.

Английский и большинство европейских языков строятся на фонемах — относительно небольшом наборе звуковых единиц, порядка 40–44. Мозг при их производстве задействует преимущественно вентральную сенсомоторную кору, отвечающую за артикуляцию. Декодеры для таких языков проработаны уже достаточно детально.

Мандаринский устроен иначе. Это моносиллабический тональный логографический язык, при обработке которого задействуется больше областей мозга, чем при обработке алфавитных языков. Каждый слог существует в четырех тонах, и «ма» с восходящим тоном — это мать, а «ма» с нисходящим у нас назвали бы непечатным. Иными словами, мало распознать слог — нужно еще считать тональный контур, который кодируется в совершенно других нейронных популяциях.

Предыдущие речевые BCI строились на нейронной основе производства речи в вентральной сенсомоторной коре, где паттерны активности кодируют артикуляционные движения голосового тракта. NeuroXess же пришлось решать задачу через модульную многопоточную нейросеть: один поток распознает слог, параллельный — тон, затем результаты сводятся. Система декодирует полный набор из 394 различных слогов напрямую из нейронных сигналов, достигая медианной точности идентификации 71,2% при распознавании отдельных иероглифов. Для первой в мире разработки такого уровня сложности — весьма достойно. 

А дальше?

Уже в этом году NeuroXess планирует начать путь к коммерциализации. Параллельно в городе Наньчан (провинция Цзянси) строят то, что медиа окрестили «суперзаводом» для крупносерийного производства BCI-систем. Строительство стартовало 13 января 2026 года, завершение запланировано на вторую половину года. НИОКР остается в Шанхае, производство переезжает — классическая китайская двухцентровая модель, отработанная еще на электромобилях. 

Без здоровой подстегивающей конкуренции тоже не обходится. Другая китайская компания, Neuracle, в марте 2026-го получила коммерческое одобрение на имплантируемый BCI — регулятор признал его медицинским изделием, которое можно продавать и устанавливать пациентам. Вектор у Neuracle более узкий: система включает вживленные ECoG-электроды, подключенные к пневматической роботизированной перчатке, — для пациентов с частичным параличом, сохранивших функцию плеча. Да, теперь вы знаете, какой именно девайс вошел в историю как первый коммерческий BCI — это девайс для возвращения руки.

Тем временем рынок, разогретый и без появления этих игроков, снова на подъеме. Китайский сегмент BCI оценивался в 2025-м более чем в $530 млн, а к 2040 году, по прогнозам, может превысить $16 млрд. Ждем наконец пузыря здорового человека — того самого, в котором нейроинтерфейсы имплантируют (а еще лучше просто надевают) всем желающим. (И нет, никакая Запрещенная в России Организация ни в коем случае не сольет ваши мысли в Сеть.) Впрочем, стоит опасливо поглядывать не только на нерешенную пока большую проблему безопасности, но и на когнитивный буст за $10, нейрокоучей, тиктоки из сновидений и подобный BCI-слоп, — человечество не умеет в скромную и благородную сингулярность без обвесов, мы в этом уже убедились на примере ИИ.

Так или иначе, смотрим, сколько нулей в ближайшее время прибавят число реципиентов имплантов и зарплаты BCI-разработчиков.