Я дитя 2003 года, поэтому интернет в моей жизни появился, кажется, раньше, чем я успела осознать, что он вообще когда-то мог «появиться». Он просто был: где-то рядом с играми, мультиками, поиском картинок, первыми соцсетями, странными сайтами и взрослыми, которые иногда говорили: «Не сиди долго, интернет закончится».
Но недавно я открыла веб-архивы примерно 2010 года и залипла. Сейчас, когда нейросети уже пишут тексты, помогают с кодом и будто бы думают рядом с нами, мне стало интересно: а каким был интернет в начале этой дороги?
С одной стороны, это не доисторический интернет с модемным писком и сайтами «лучше смотреть в Internet Explorer 6». В 2010 году уже были YouTube, «ВКонтакте», Facebook, Twitter, iPhone, Android, iPad, HD-видео и социальные сети, которые захватывали повседневность. С другой стороны, это еще не сегодняшний интернет, где большая часть жизни разложена по нескольким гигантским платформам, лентам рекомендаций, маркетплейсам и мессенджерам.
Интернет 2010 года оказался для меня не «старым». Скорее, он оказался подростком: уже массовым, громким, коммерческим, но все еще немного нескладным, экспериментальным и местами очень живым.
2010-й: не прошлое, а порог
Когда мы говорим «интернет 2010 года», легко случайно представить что-то слишком древнее. Но это не совсем честно. К 2010 году интернет уже перестал быть игрушкой для гиков и инструментом «для срочных задач».
По оценке ITU, к концу 2010 года число пользователей интернета в мире должно было превысить 2 млрд человек. То есть примерно каждый третий житель планеты уже был онлайн или очень близко к этому. Это еще не сегодняшняя почти обязательная цифровая среда, но уже и не нишевая история.
В России ситуация тоже быстро менялась. По данным ВЦИОМ, весной 2010 года интернетом регулярно пользовались 38% россиян, а 23% выходили в сеть ежедневно. При этом 60% жителей страны тогда все еще вообще не пользовались интернетом. Получается странная картина: для одних интернет уже был повседневностью, для других он все еще был чем-то внешним.
Есть и другой срез. Координационный центр домена .RU/.РФ по итогам второго квартала 2010 года приводил цифры 43,3 млн пользователей Рунета за месяц, 39,2 млн за неделю и 29,4 млн за день. Особенно важна не только сама аудитория, а то, что ежедневная и недельная аудитории начали догонять месячную. Интернет становился не местом, куда иногда заходят, а привычкой.
И все же это была привычка другого качества. Средняя скорость доступа в России в 2010 году, по данным Pingdom, составляла около 2,6 Мбит/с. На бумаге это уже не катастрофа, особенно по сравнению с общемировым показателем, но любой, кто ждал загрузки видео, обновления игры или фильма на 700 Мбайт, понимает: терпение тогда было частью пользовательского интерфейса.
Интернет, который еще ощущался большим
Самое странное чувство от веб-архивов 2010 года: интернет кажется больше, хотя пользователей и контента тогда было меньше.
Сейчас сеть объективно огромнее. Но субъективно она часто ощущается как несколько знакомых входов: Telegram, YouTube, TikTok, Reddit, X/Twitter, Instagram, маркетплейсы, поисковик. Мы движемся внутри больших платформ, а не между множеством отдельных мест.
В 2010 году это ощущалось иначе. Было больше форумов, отдельных блогов, фан-сайтов, сайтов со странными доменами, локальных порталов, RSS-лент, тематических сообществ и страниц, которые ты мог найти случайно. Не потому что они были идеально сделаны, а потому что у них был собственный контур.
Форум был не просто «обсуждением под постом». Это был маленький город: с постоянными никами, локальными шутками, репутацией, модераторами, темами на сотни страниц и ощущением, что сюда ты именно пришел. Социальная сеть постепенно меняла эту механику. Ты уже не приходил в отдельное место, место начинало приходить к тебе в ленту.
Наверное, поэтому старый интернет часто вспоминают как более индивидуалистичный. Не обязательно более добрый или умный, не будем романтизировать. Но там было больше ощущения, что человек собирает себе маршрут сам: форум здесь, блог там, RSS-ридер отдельно, ICQ для друзей, почта для важного, «ВКонтакте» для музыки и переписок.
Сегодня маршрут чаще собирается за нас. Удобно? Да. Но от этого интернет иногда кажется меньше.
Как выглядел веб: тени, текстуры, Flash и очень много всего
Если открыть сайты 2010 года через Wayback Machine, первое, что бросается в глаза, это плотность. Страницы часто пытались показать все сразу: новости, баннеры, меню, подменю, теги, виджеты, «поделиться», «войти», «подписаться», погоду, курс валют и что-нибудь мигающее сбоку.
Это была эпоха позднего Web 2.0: глянцевые кнопки, градиенты, скругления, тени, текстуры, объемные иконки, «настоящие» блокноты, кожаные панели, бумажные фоны, псевдополиграфия. Скевоморфизм был не странностью, а нормальным способом объяснить пользователю цифровой интерфейс через знакомые физические объекты.
На промо-сайтах и развлекательных проектах все еще жил Flash. Он мог быть красивым, тяжелым, интерактивным и одновременно раздражающим. Иногда сайт встречал пользователя не контентом, а заставкой. Иногда кнопки были там, где дизайнеру показалось художественно, а не там, где их можно найти.
Но именно поэтому сайты чаще имели характер. Они могли быть перегруженными, не очень доступными, плохо адаптированными, но их сложнее было спутать друг с другом. Сегодня многие интерфейсы стали аккуратнее и удобнее, но иногда выглядят так, будто все вышли из одного UI-кита и просто поменяли логотип.
Интересно, что в 2010 году уже были видны будущие перемены. Smashing Magazine тогда писал о зрелости веб-дизайна, CSS3, HTML5, веб-шрифтах и более выразительных интерфейсах. В мае 2010 года Итан Маркотт опубликовал в A List Apart статью Responsive Web Design, где описал связку fluid grids, flexible images и media queries. Но «responsive» еще не был обязательной гигиеной. Большая часть интернета все еще проектировалась как десктопный мир.
YouTube уже был большим, но еще не был всем
YouTube к 2010 году уже был гигантом. В мае 2010 года сервис говорил о 2 млрд просмотров в день, а к концу года на него загружали уже 35 часов видео каждую минуту. Поддержка 1080p появилась в YouTube в ноябре 2009 года, то есть HD-видео уже было рядом, но воспринималось не как фон жизни, а как заметное улучшение.
Сейчас видео в высоком качестве кажется базовой нормой. В 2010 году оно еще ощущалось событием: если у тебя нормально загрузился ролик в HD, это уже почти победа инфраструктуры над реальностью.
И еще важный момент: вирусность тогда была более общей. Если какое-то видео становилось большим, о нем правда мог узнать почти весь активный интернет. Сейчас ролик может набрать миллионы просмотров и полностью пройти мимо вас, потому что алгоритмические миры стали параллельными. В 2010 году фильтры уже существовали, но они еще не настолько разрезали культурное поле на персональные капсулы.
Соцсети: момент, когда они стали инфраструктурой
2010 год очень хорошо показывает, как интернет превращался из набора сайтов в социальную среду.
Facebook в июле 2010 года официально достиг 500 млн пользователей, а по сводке Royal Pingdom к концу года оценивался уже примерно в 600 млн. Twitter к сентябрю 2010 года имел около 175 млн пользователей, за год через него прошло 25 млрд твитов. Twitter тогда еще не выглядел как бесконечный политический ринг в чистом виде, но уже становился глобальным новостным нервом. Достаточно вспомнить WikiLeaks, который в 2010 году сделал утечки одним из главных сюжетов года.
В Рунете к этому моменту уже сложилась своя карта. «ВКонтакте» и «Одноклассники» были не просто соцсетями, а местами, куда массово перетекало общение. «ВКонтакте» был особенно важен еще и как медиахранилище: музыка, видео, фотографии, группы, переписки, школьные и университетские связи. Если Facebook шел в сторону глобальной идентичности, то VK для многих был более бытовым и менее официальным интернетом.
Параллельно еще держались LiveJournal, форумы, ICQ, почта, локальные порталы, торренты. Это было время сосуществования старого и нового. Уже понятно, что соцсети побеждают, но еще не до конца понятно, что они заберут с собой почти все.
И тут же рождаются новые привычки. 6 октября 2010 года запускается Instagram, тогда еще iPhone-приложение для фотографий с фильтрами. Foursquare делает модным «чекиниться» в местах. Flipboard выходит на iPad и пытается превратить социальные ссылки и новости в журнал. Лента перестает быть просто списком обновлений друзей. Она становится способом читать мир.
Рунет взрослеет: домены, госуслуги, коммерция
Для Рунета 2010 год тоже был очень символическим.
12 мая 2010 года домен .рф был делегирован в корневой зоне DNS. Открытая регистрация для всех граждан и организаций РФ началась 11 ноября, и уже к 1 января 2011 года в зоне .рф было более 700 тыс. доменных имен. Это хороший знак эпохи: интернет уже настолько массовый, что ему становится важна не только техническая, но и языковая идентичность.
В том же году у портала Госуслуг появился «Личный кабинет». 1 апреля 2010 года пользователям открыли регистрацию, а к июлю «Ростелеком» обработал более 120 тыс. заявок. Сейчас это выглядит почти смешно на фоне привычного «зайдите через Госуслуги», но тогда это был явный сдвиг: интернет становился не только местом общения, но и интерфейсом государства.
Коммерциализация тоже ускорялась. Интернет-реклама росла, бренды шли в соцсети, правообладатели все активнее конфликтовали с крупными ресурсами, а пользователи привыкали, что сеть нужна не «посмотреть что-то вечером», а почти для всего: общения, работы, учебы, покупок, новостей, развлечений.
Почта, спам и 255 миллионов сайтов
Еще одна смешная и немного страшная деталь 2010 года: почта была огромной. По сводке Royal Pingdom, за 2010 год было отправлено 107 трлн email-сообщений, в среднем 294 млрд в день. При этом около 89% почты составлял спам.
Это очень хорошо передает состояние сети того времени. Интернет уже массовый, но еще грубый. Много полезного, много мусора, много ручной настройки, много доверия к странным письмам, много антивирусов, тулбаров и «скачать бесплатно без регистрации и SMS».
Та же сводка оценивала число сайтов на конец 2010 года в 255 млн, из них 21,4 млн появились за год. Блогов, отслеживаемых BlogPulse, было около 152 млн. Сеть уже была огромной, но при этом ее структура казалась более распределенной. Не все дороги вели в одну ленту.
Кухня разработчика: jQuery, PHP, Flash и первые признаки будущего
С технической стороны 2010 год тоже выглядит как переходный слой.
Для веба все еще очень важны PHP, Apache, MySQL, jQuery. Фронтенд без jQuery тогда почти сложно представить: он сглаживал разницу между браузерами и давал ощущение, что с DOM можно жить. Flash еще используется для видео, игр, промо-сайтов и сложной анимации, но уже чувствует давление HTML5, CSS3 и мобильных устройств.
В мобильной разработке растет интерес к Objective-C из-за iPhone и App Store. Apple в апреле 2010 года писала, что в App Store доступно более 185 тыс. приложений. Android уже не эксперимент, но еще не та повсеместная платформа, которой он станет позже. Go только появился и был скорее языком для любопытных, чем мейнстримом. Python уже набирал вес, но еще не стал языком, который вспоминают первым при разговоре про ИИ, автоматизацию и data science.
Очень многое из сегодняшнего интернета тогда уже было посеяно, но еще не стало неизбежным.
Так это был «прайм» интернета?
Если под «праймом» понимать лучший интернет, я бы не спешила.
Интернет 2010 года был неидеальным. Он был тяжелым, местами небезопасным, плохо адаптированным под разные экраны, перегруженным рекламой, спамом, пиратскими зеркалами, Flash-заставками и сайтами, которые могли развалиться от одного не того браузера. Пароль в текстовом файле на рабочем столе тогда казался не таким уж безумным решением, и это многое говорит о цифровой гигиене.
Но если под «праймом» понимать момент максимального ощущения открытости, то я понимаю, почему многие вспоминают именно этот период.
Интернет 2010 года еще был местом исследования. Ты мог перейти по ссылке, потом еще по одной, потом оказаться на форуме 2005 года, потом найти чей-то блог, потом скачать архив, потом прочитать спор на 40 страниц и почувствовать, что нашел не контент, а кусок чужой цифровой жизни.
Сегодня интернет стал быстрее, удобнее, красивее и во многом полезнее. Но он стал и более предсказуемым. Он лучше знает, что нам показать. Лучше удерживает. Лучше продает. Лучше измеряет. Лучше упаковывает поведение в метрики.
А интернет 2010 года еще не до конца умел быть таким эффективным. И, возможно, именно поэтому казался более живым.
Вместо вывода
Мне нравится думать, что мы с интернетом росли примерно в одно время. Хотя, если честно, он развивался куда быстрее: к 2010 году у него уже были соцсети, видеоплатформы, мобильные приложения, госуслуги, глобальные скандалы, рекламные рынки и свои языковые домены. А я, по сравнению с ним, видимо, в каждом классе оставалась на второй год.
Но именно поэтому мне и стало интересно смотреть на 2010 год не как на музей. Это не «старый интернет» в смысле мертвой эпохи. Это момент, когда уже почти все элементы нашего сегодняшнего цифрового мира были на столе, но еще не успели собраться в ту систему, в которой мы живем сейчас.
Тогда интернет был менее гладким, менее удобным и менее взрослым. Зато в нем оставалось больше ощущения, что за следующим кликом может быть не рекомендация алгоритма, а настоящая находка.
И вот это чувство, кажется, мы потеряли не из-за скорости, дизайна или даже соцсетей. Мы потеряли его потому, что интернет стал слишком хорошо знать, куда нам идти дальше.
ссылка на оригинал статьи https://habr.com/ru/articles/1038726/