Рейтинг 64

Саня отставил чашку с дымящимся кофе в сторону и молча уставился на экран. С кодом было что-то не так.

Точнее, наоборот, всё было слишком уж так. Строчки кода, на которые он смотрел, выглядели правильно и использовали его стиль оформления. Все переменные были названы так, как он любил, и даже комменты были такие, какие он обычно оставлял в коде. Автор этих строк был указан услужливой IDE чуть правее: «alexander.lisin». Александр Лисин — это он, Саня. И дата коммита — три недели назад.

Только вот он в упор не помнил, чтобы он это делал. И вообще писал этот код.

В углу экрана пиликнуло корпоративное приложение: «Ваш рейтинг обновлён: 65». Саня не глядя смахнул уведомление.

Конечно, теоретически, он мог и забыть об этом коде, всё-таки в их компании — ежедневный поток мелких и больших задач. А с приходом нейросетей количество тасков и вовсе увеличилось кратно. Так что неразбериха была вполне возможна, да она и раньше случалась пару раз.

Саня потёр переносицу и попытался думать логически. Так. Сегодня утром он как обычно заассайнил на себя десяток мелких задач из Джиры. Потом выполнил две первые, лишь мельком изучив требования к ним и попросив ИИ написать код и сразу же протестировать. Это заняло от силы полчаса, и половину этого времени Саня просто смотрел на экран, где мелькали рассуждения нейронки. Один раз ИИ попросил подтвердить выбранный им метод решения задачи, и Саня торжественно, с чувством важности человека, собаку съевшего на программировании и милостиво делящегося крупицей своих знаний с нерадивой джуноподобной машиной, нажал кнопку Enter.

Третья задача носила в Джире номер «TP-8673», и именно этот номер красовался рядом со строчками, которые кто-то закоммитил три недели назад и на которые он сейчас смотрел. И автором которых значился он сам.

Это что ж выходит? Три недели назад он взял эту таску, сделал её, код закоммитил, а в Джире забыл сменить статус на «Выполнено»? Ну, или кто-то каким-то образом украл ключ его GitHub аккаунта и коварно воспользовался этим ключом, выполнив работу Санька за него. Эдакий хакер Робин Гуд? Отнимает задачи у хороших девелоперов и отдаёт их плохим. Бред…

«Смешно», — вдруг подумал Саня и глотнул кофе. — А вдруг этот загадочный Робин Гуд и остальные задачи за меня сделал?

Через минуту обнаружилось, что, действительно, ещё две его сегодняшние задачи были уже выполнены. И снова — код, похожий по стилю на его собственный, и его же никнейм рядом. И опять он абсолютно не помнил, чтобы он этими задачами вообще занимался.

«Формально, конечно, задачи выполнены», — подумал Саня. Оставалось только в Джире сменить статус задач и залогировать потраченное время. Однако, по-хорошему, нужно было, конечно, идти к менеджеру и разбираться, что происходит.

Но Саня был ленив. Это был его главный недостаток. И он решил, что зачем поднимать шумиху, если работа сделана, причём сделана качественно. А оставшееся рабочее время можно потратить на личные дела, тем более что он хотел закончить курс на Coursera по Golang и поиграть на смартфоне.

На следующий день история повторилась. Из десяти новых задач, которые он взял, три оказались уже сделаны. Две — им самим, как гласила надпись в git-коммите. А ещё одна — его коллегой Павликом Щуповым, любителем работать из дома.

И опять Саня решил не поднимать шум и лишь вскользь поинтересовался у Павлика в чате, что он думает о задаче, которую, судя по логам, Павлик выполнил двенадцать дней тому назад. Павлик сказал, что о задаче этой ничего не знает и знать не хочет, потому что у него и так работы своей хватает.

Так всё и продолжалось какое-то время. Работать, а точнее, делать вид, что работаешь, было легко. По совпадению, Саню почему-то всё меньше выдёргивали на всякие митинги и не докучали ему срочными имейлами. В общем, настала не жизнь, а лафа. Сначала всё это Сане даже нравилось, но изредка его стало мучить странное чувство. Рабочий день, который раньше пролетал как миг, теперь, бывало, тянулся странно долго. Его опыт программиста оставался невостребованным и медленно покрывался пылью. Один раз ему удалось взять на себя действительно интересную задачу, и он с энтузиазмом представлял, как круто выполнит её. И каково же было его разочарование, когда он обнаружил, что код уже написан и даже чуть лучше, чем он хотел.

Спустя месяц этой облегчённой работы Саня на курилке случайно подслушал разговор двух коллег из соседнего отдела. И то, что они обсуждали, потрясло его.

Оказывается, в компании давно ходят слухи, что начальство намерено обучать собственные ИИ-модели на базе кода, написанного разработчиками, чтобы в будущем заместить ими этих самых разработчиков.

Тут уже Саня занервничал всерьёз и написал в чате своему менеджеру Игорю Мамонтову.

— Игорь, привет. Можем созвониться? У меня тут вопрос есть…

Саня, немного смущаясь, рассказал о своём последнем месяце работы, пытаясь не делать акцент на том факте, что он фактически весь месяц работал вполсилы, а в последние три дня и вовсе перестал что-либо делать, так как выполненных от его имени задач и так становилось всё больше и больше.

Игорь выслушал и, почему-то не выразив особенных эмоций, сказал, что лучше зайти ногами в комнату 64, где находится новый отдел под названием «Автоматизация процессов».

Саня впервые слышал о таком отделе. На всякий случай он покопался в вики, но информации наскрёб немного: отдел образовался всего два месяца назад. Им поставлена задача ускорить внедрение ИИ в процессы компании. Исследуют возможности автоматизации рутинной работы. Звучало расплывчато и немного тревожно.

Саня поднялся на шестой этаж, нашёл 64-ю комнату, постучался и вошёл. В комнате было светло. Людей там было всего несколько, точнее, ровно трое.

«Я — Александр Лисин из отдела мобильной разработки», — начал Саня и осёкся, потому что увидел, что на экране ближайшего к нему человека открылось полное досье на него. С фотографией, биографией, списком тасков и, судя по всему, даже образцами кода. Рядом с его именем-фамилией стоял рейтинг «65», обведённый весёленьким зелёным кружком.

«Привет, меня Ваня зовут», — представился сидящий за компьютером.

— Очень приятно, — сказал Саня. — У меня тут странная ситуация… Мой менеджер меня к вам в отдел послал почему-то.

Саня снова рассказал о последнем месяце своей работы в компании.

— А! — произнёс Ваня. — Постой… У тебя же рейтинг 65, так что я не очень понимаю, почему… Дай-ка проверю.

Он нагнулся над клавиатурой и быстро забарабанил по кнопкам.

— Вот оно что! Теперь всё ясно! — сказал он вскоре. — Я сначала подумал, что ИИ что-то напортачил, но нет, всё верно… Смотри, у нас в компании запущена новая программа — называется «Рейтинг 64». Не слышал, наверное? Смысл программы простой: у кого рейтинг становится меньше 64, того сразу включают в эту программу. Месяц назад твой рейтинг упал до 63, и именно тогда тебя автоматически включили в программу. А когда включили — выйти из неё уже не получится… И вот сейчас — смотри — твой рейтинг уже вырос до 65! Это круто!

— Когда сотрудника включают в программу, ИИ делает цифровой слепок этого сотрудника, — продолжал Ваня. — Анализирует его стиль кода, выявляет сильные и слабые стороны. Потом начинает пробовать работать вместо него. Как ты уже заметил, твой ИИ-агент уже начал работать. Без его активности в последний месяц твой рейтинг уже опустился бы ниже 60, наверное. А так ИИ-агент старается, активничает, пытается поднять свой — и твой — рейтинг. И это только начало. Представляю, что будет через год!

— Так… А дальше-то что? Мне-то чем заниматься, если ИИ вместо меня работает? — спросил Саня, надеясь услышать в ответ что-то оптимистическое и успокаивающее. Но услышал ровно обратное:

— Смотри, может, мне и не следует тебе этого говорить, но ведь ты и так уже в программу включён. Тем более ты всё равно же NDA подпишешь, так что без разницы… Как только система подтвердит, что твои функции полностью покрыты возможностями твоего ИИ-агента, компания, к сожалению, прекратит нуждаться в твоих услугах как разработчика.

— То есть как это?! Меня что, просто уволят?!

— Не горячись. Ты как думал? По факту, это произойдёт, скорее всего, уже на этой неделе, но точно сказать не могу, весь процесс происходит полностью автоматизированно.

— Офигеть… Вы что тут, охренели?! Меня выгоняют вообще без причины, а все остальные продолжат работать?!

— Ну, как бы тебе сказать… Почти. Ты, например, давно общался с Пашей Щуповым?

— Пару дней назад, а что?

— Видишь ли, контракт с Щуповым компания расторгла полтора месяца назад, так что общался ты уже не с ним, а с ИИ-агентом под названием «Павел Щупов». И, видимо, ИИ-агент неплохо заменяет Пашу, раз ты даже не заметил разницы.

У Сани даже дыхание перехватило, всё это звучало нелепо и как-то безжалостно, что ли.

— Как так расторгнут?.. Вы чё, Пашу уволили?! Охренеть! Эй, вы меня разводите, да? Алё! Я сейчас к Алексу Дещенко пойду, он вас быстро разгонит ко всем чертям!

Дещенко был начальником всего отдела разработки и правой рукой CTO. Именно он когда-то давно нанимал Саню в компанию, и у них были неплохие и, можно даже сказать, почти товарищеские отношения.

Ваня странно ухмыльнулся и сказал:

— Ты можешь, конечно, сходить к Дещенко, его кабинет недалеко. Только знаешь, его на работе нет. И завтра не будет. Потому что мы его заменили ИИ-агентом одним из первых. Месяца три назад. Менеджерские позиции легко поддаются автоматизации.

Это был удар ниже пояса. Они что тут, бессмертные, что ли?!

— В смысле Дещенко уволен?.. Кем? Тобой? Да он же каждые две недели дев-митинги проводит! Я буквально вчера участвовал и видел Дещенко по видео! За дебила-то меня не держи! Врёшь ты всё.

Он надеялся вызвать у Вани хоть какие-то эмоции. Пусть либо рассмеётся и скажет «Да ладно, шутка! Пошутить уже нельзя», либо, наоборот, зло заорёт в ответ «Вру? Да мы тут сами все в шоке! Меня заставляют увольнять людей, а в конце и меня самого вышвырнут!»

Но Ваня ответил абсолютно равнодушно, как будто и не было никакого возмущения Сани:

— Знаешь, это не афишируется, но из менеджмента среднего звена осталось всего несколько человек, да и те сидят до конца месяца только. А что до того, что ты Дещенко на видео видел…

Ваня посмотрел в монитор и слегка пожал плечами.

— Видишь ли, мы провели анализ последствий замещения сотрудников ИИ-агентами и выяснили, что люди испытывают тревожность и стресс, когда видят, что их коллег заменяют агентами. Поэтому было решено делать это осторожно. Персонализированные ИИ-агенты общаются за людей в чатах и на митингах и прекрасно генерируют видео. На имейлы отвечают. Вот разве что на новогодний корпоратив не придут.

— Это что получается, когда меня уволят, то ИИ-агент вместо меня будет в митингах участвовать?!

— А что в этом, собственно, такого? Сейчас половина людей всё равно работает на удалёнке и друг друга вживую почти не видит. Только почему же «когда уволят»? Твой ИИ-агент уже участвует в митингах, и очень активно. Кстати, смотри, вот прямо сейчас идёт митинг, посвящённый новой фиче.

Ваня открыл окошко митинга, в котором были видны лица Сани, Мамонтова, Паши Щупова и ещё нескольких человек. Они что-то оживлённо обсуждали, и Саня услышал свой голос, который несколько раз почему-то повторил фразу «снизить издержки». Ваня закрыл окошко и сказал: «Не будем им мешать».

— Я что, участвую в разработке новой фичи? — тупо спросил он. Об этом он слышал впервые.

— Участвуешь и очень активно. Уже две недели как. ИИ-агент тебя полностью подменяет.

Это шокировало. Это не могло быть правдой. Просто не могло.

— Но как же вообще компания будет работать, если всех позаменяют ИИ-агентами?! — произнёс он уже тихо.

— Ну, всех, конечно, не позаменяют. Во-первых, к сожалению, всё ещё есть незаменимые люди. Чтобы их заменить, придётся потратить месяцы, а то и годы. Во-вторых, кто-то же должен заниматься автоматизацией процессов, а это наш отдел: я, вот Витя и Андрюха. — Он показал рукой на своих коллег, которые никак на это не отреагировали. — Наш рейтинг в системе напрямую зависит от эффективности всей компании, так что мы просто вынуждены заменять неэффективных сотрудников ИИ-агентами. Тем более что у меня и самого рейтинг уже 68, а в январе был 72. — Он на секунду отвёл глаза. — Надо больше стараться, как говорится.

Это всё звучало дико, и Саня задал ещё один вопрос, прекрасно осознавая, что он звучит как человек, хватающийся за последнюю соломинку:

— Но ведь если всех программистов отовсюду уволят, то некому будет платить налоги! Никто не будет покупать товары! Вся экономика остановится! Неужели никто этого не понимает?!

— Саша, ты что, считаешь, что те, кто это придумал, — полные идиоты? На, посмотри нашу рекламную брошюру, одобренную, кстати, и советом директоров, и инвесторами.

Брошюра была красочно оформлена. На первой странице большими буквами было написано «Рейтинг 64» и ниже «Программа эффективности».

На следующей странице было написано:

Мы вступаем в новую эпоху — эпоху искусственного интеллекта. Внедрение ИИ является главным приоритетом нашей компании, поскольку только ИИ сможет сделать всех нас богатыми, процветающими и успешными.

Участвуйте в новой программе эффективности нашей компании и получите гарантированный базовый доход, который навсегда обеспечит ваши основные потребности.

Замена программистов болезненна для всей экономики. Но на помощь придёт искусственный интеллект.

ИИ заменит участвующих в программе эффективности сотрудников не только на рабочем месте, но и в экономике. Агенты будут получать виртуальную зарплату за сотрудников и совершать за них виртуальные покупки; пополнять специально открытые для них виртуальные счета в банках; заниматься благотворительностью и инвестициями; добросовестно платить налоги.

Доверим искусственному интеллекту повышение эффективности и спасение экономики, и наша компания станет богатой как никогда прежде.

Вперёд, в эпоху эффективности!

Саня ошарашенно молчал.

Ваня, не обращая на это внимания, спросил:

— Прочитал? Теперь ты должен подписать соглашение о неразглашении информации, иначе мы не сможем оформить на тебя этот базовый доход. Забыл упомянуть, что он ежегодно будет индексироваться в зависимости от твоего рейтинга. У тебя 65 сейчас? Вот, значит, в январе следующего года твоя «пенсия» будет увеличена на 0,65 % — сотая часть твоего рейтинга. Считай, что это успех.

Саня внезапно понял, почему он до сих пор не знал обо всём этом безумии. Видимо, все те, кого компания уже уволила, подписали такой же NDA в обмен на пенсию. С другой стороны, что бы изменилось, если бы он узнал об этом не сейчас, а две недели назад?..

— Кстати, — хихикнул Ваня, — как тебе наш агент Мамонтов, он же твой менеджер? Не сильно заметно, что это ИИ?

Саня вспомнил, как Игорь полчаса назад смотрел на него через объектив камеры и понял, что говорил с программой.

…Тот разговор надолго запомнился Саньку.

К концу недели его действительно уволили. Первые полгода после этого он отдыхал и кайфовал. Базовый доход платили исправно, да и на счету в банке у него оставались кое-какие накопления. Его ИИ-агент уже к ноябрю довёл рейтинг до 89, и новость о том, что Александр Лисин стал лучшим работником месяца в компании, с Саниной же фотографией, появилась в блоге компании. Видимо, агенту alexander.lisin без участия живого Сани работалось гораздо легче.

Всё вроде было хорошо. Но однажды, валяясь на шезлонге возле моря, куда он полетел на шесть ночей по горячей путёвке, Саня вдруг ясно осознал то, что понял ещё в комнате 64, но спрятал внутри себя, потому что было очень страшно взглянуть на это в упор. А именно: полученная им свобода пахнет пластмассой. Распахнутая перед ним, как дверца дешёвого китайского шкафа, оставшаяся половина жизни поражала своей очевидной бессмысленностью. Он как будто стоял перед огромной белой стеной, которую было не обойти, не перепрыгнуть, не пробить…

Кроме программирования, Саня никогда в своей жизни ничего не делал. Первое время после увольнения он где-то внутри себя лелеял мысль, что быстро сменит область деятельности и начнёт строить новую карьеру. Однако он быстро стал замечать, что ИИ замещает не только программистов, но и людей из многих других профессий: певцов, сценаристов, ведущих теленовостей, актёров кино, переводчиков. Смотря фильм, он теперь всегда гадал, видит он настоящего актёра или его цифрового двойника. Даже политики стали ему казаться подозрительно не стареющими и не меняющимися. «Как мы узнаем, что президента уже нет в живых?» — спрашивал он себя. — «Если его ИИ-двойник не отличим, он сможет править вечно. Любая знаменитость теперь почти бессмертна».

Он представлял себе мир, в котором ИИ-агенты обслуживают других ИИ-агентов. Мир, в котором не осталось уже ни одного живого человека, но который продолжал механически крутиться, бесконечно наращивая экономику. Агенты, торгующие серебром и нефтью с другими ботами. Искусственный интеллект, начинающий и заканчивающий войны, когда он посчитает это наиболее эффективным.

В этом мире всё было и всё работало. Не было только места для Сани.