Продукт продается по подписке, договор назван лицензионным, потому что так принято на рынке. Через год приходит налоговая проверка или пользователь требует вернуть деньги за неиспользованный период, вследствие чего выясняется, что модель выбрана неверно.
Если вкратце, то выбор между лицензионным договором и договором возмездного оказания услуг определяется не названием договора, а его предметом. Если пользователь получает право использовать программу и работает с ней сам, это лицензия. Если исполнитель совершает для пользователя действия вручную (внедряет, настраивает, поддерживает, обучает, организует доступ к чужому продукту), это услуги. Большинство продуктов сочетает и то, и другое, поэтому корректная модель на практике – смешанный договор с разделенным предметом и разделенной ценой.
Ниже разобраны критерии, по которым выбирается модель, а также цена ошибки выбора.
Применимое правовое регулирование
По лицензионному договору правообладатель предоставляет другой стороне право использования результата интеллектуальной деятельности в предусмотренных договором пределах (пункт 1 статьи 1235 ГК РФ). Там же установлено ключевое ограничение: право использования, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату.
Критерии разграничения
Фактический функционал продукта
Первый и основной критерий – что именно получает пользователь.
Лицензионная модель подходит, когда продукт работает самостоятельно и пользователь использует его своими силами. К примерам продуктов можно отнести коробочное или устанавливаемое программное обеспечение, мобильное приложение, сервис с личным кабинетом, в котором пользователь самостоятельно вводит данные и получает результат (функциональные возможности).
Модель услуг подходит, когда результат создает исполнитель вручную – внедрение, настройка, миграция данных, техническая поддержка, обучение пользователей, консультирование, обработка данных по заявкам пользователя, «ручное» предоставление результата через интерфейс программного обеспечения (например, как в клиентском приложении нашей юридической фирмы: https://app.lmpgpartners.com/). Такую деятельность суды устойчиво относят к услугам (постановления Суда по интеллектуальным правам от 18.01.2024 № С01-2821/2023 и от 24.07.2025 № С01-597/2025).
Доступ к чужому продукту. Компания не является правообладателем, права возникают у пользователя напрямую от вендора, а компания обеспечивает подключение и администрирование. Это услуги.
Доступ к своему продукту. Это лицензия. Модель SaaS, при которой правообладатель предоставляет удаленный доступ к собственной программе, остается предоставлением права использования, что подтверждено письмом Минфина России от 18.05.2026 № 03-07-07/41161.
Пример. Сервис проверки контрагентов. Вариант первый: пользователь получает личный кабинет, сам вводит ИНН и сам получает отчет. Это лицензия, даже если сервис полностью облачный. Вариант второй: пользователь присылает список компаний на почту, сотрудник сервиса формирует отчет и направляет файл. Это услуги, даже если отчет собирает та же программа. Разница не в технологии, а в том, кто выполняет работу после обращения пользователя.
Спор о правовой природе возникает и там, где стороны назвали договор лицензионным. В деле № А40-155673/2025 поставщик предоставлял доступ к программному обеспечению Positive Technologies, при этом лицензионный договор на само программное обеспечение заказчик заключил напрямую с правообладателем. Заказчик настаивал, что получал не право использования, а организацию доступа, то есть услугу, и потому вправе был отказаться от договора. Суд по интеллектуальным правам направил дело на новое рассмотрение, указав, что без анализа правовой природы договора вывод о нарушении его условий сделать нельзя (Постановление от 23.07.2026 № С01-862/2026).
Почему это важно. В том же Постановлении суд подтвердил ключевое для практики различие: закон не дает стороне лицензионного договора права на односторонний отказ от него, тогда как заказчик по договору возмездного оказания услуг такое право имеет в силу статьи 782 ГК РФ.
Автоматизм не спасает. Компания может не совершать для пользователя ни одного ручного действия и все равно получить услуги. В деле № А40-56211/2014 доступ к онлайн-играм предоставлялся по лицензионному соглашению, а дополнительный функционал продавался за плату. Компания возражала, что игровой процесс идет автоматически и без ее участия. Суды отклонили этот довод, перечислив, что компания делает вокруг программы: администрирует аккаунты, ведет внутриигровой лицевой счет пользователя, конвертирует его деньги во внутреннюю валюту по собственному курсу, содержит платежную инфраструктуру и центр поддержки. Плата за дополнительный функционал признана самостоятельной услугой по организации игрового процесса (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.10.2015 № Ф05-13554/2015, Определение ВС РФ от 03.02.2016 № 305-КГ15-18998).
Практический вывод. Проверьте продукт одним вопросом: что происходит после того, как пользователь нажал кнопку. Если дальше работает только программа, а компания лишь поддерживает ее работоспособность, это лицензия. Если после нажатия кнопки задачу берет в работу сотрудник компании, это услуги, и неважно, что заявка пришла через интерфейс. Если есть и то, и другое, в договоре должны быть 2 предмета и 2 цены.
Налоги
Освобождение от НДС применяется при передаче прав на использование программ для ЭВМ и баз данных, включенных в реестр российского ПО, в том числе путем предоставления удаленного доступа через сеть «Интернет» (подпункт 26 пункта 2 статьи 149 НК РФ).
Абзац 2 указанного подпункта исключает из-под освобождения рекламные и торговые сервисы: те, которые дают пользователю возможность распространять рекламу, размещать предложения о приобретении или реализации товаров, работ и услуг, искать контрагентов либо заключать сделки.
В течение длительного времени спорным оставался вопрос, распространяется ли освобождение от НДС на модель SaaS. Данный вопрос был снят письмом Минфина России от 18.05.2026 № 03-07-07/41161: если предоставление права удаленного пользования программами для ЭВМ осуществляется по модели SaaS посредством получения пользователями удаленного доступа через сеть «Интернет» на основании договора на предоставление доступа, налогоплательщик вправе применять освобождение от НДС.
Следовательно, условиями освобождения являются включение программы в реестр и соблюдение ограничений абзаца 2 подпункта 26 пункта 2 статьи 149 НК РФ. Название договора значения не имеет, значение имеет предмет и условия предоставления доступа к программе.
Монетизация продукта
Третий критерий – как с пользователя взимается плата. Он часто оказывается решающим, потому что именно модель оплаты расходится с выбранной конструкцией договора.
Принципиальная особенность лицензии заключается в том, за что платит пользователь. Вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за само предоставление права использования, а не за фактическое использование, поэтому лицензиару (правообладателю) не может быть отказано в требовании о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования пользователем продукта (пункт 40 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10).
Для подписки, самой частой модели монетизации продуктов, это различие сводится к одному практическому вопросу: можно ли не возвращать деньги за неиспользованный остаток оплаченного периода.
В модели услуг вернуть придется. Заказчик вправе отказаться от исполнения договора в любой момент при условии оплаты исполнителю фактически понесенных расходов (пункт 1 статьи 782 ГК РФ). Закрыть это условиями оферты не получится: по позиции ВС РФ даже условие «бери или плати» не отменяет право заказчика на немотивированный отказ.
В лицензионной модели не придется. Права на односторонний отказ закон стороне лицензионного договора не дает, а неиспользование продукта не является основанием для возврата платежа (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 04.12.2025 № С01-2867/2023).
Оплата за объем (за запрос, за обработанный документ, за минуту работы) лицензии не противоречит: объем можно описать как предел предоставленного права.
В данном случае опасна не схема оплаты, а формулировка предмета. Так, если в договоре указано, что исполнитель «обрабатывает заявки» или «предоставляет отчеты», плата привязана к действиям компании, и это услуги. Если написано, что пользователю предоставляется право использования в пределах определенного числа операций, это лицензия.
Практический вывод. Если подписка оформляется как лицензия, в оферте не должно быть условий вида «услуги оказываются ежемесячно», а также актов об оказанных услугах. Срок лицензии приравнивается к оплаченному периоду, продление оформляется как предоставление права на новый период, а закрывающий документ, если он необходим, называется уведомлением о предоставлении права. Одно лишь условие о ежемесячном оказании услуг в разделе договора о платежах способно переквалифицировать всю конструкцию.
Иные критерии
|
Критерий |
Лицензионный договор |
Договор оказания услуг |
|---|---|---|
|
Существенные условия, без которых договор считается незаключенным |
Предмет, способы использования, размер вознаграждения (пункты 5 и 6 статьи 1235 ГК РФ) |
Предмет |
|
Отказ пользователя и возврат платы |
Права на односторонний отказ закон не дает, неиспользование продукта не является основанием для возврата |
Отказ в любой момент с оплатой фактически понесенных расходов (статья 782 ГК РФ), условие о невозвратности не работает |
|
НДС при включении программы в реестр российского ПО |
Освобождение применяется |
Облагается в общем порядке. Освобождение применимо для договоров по SaaS-моделям (по позиции Минфина) |
|
Отключение неплательщика |
Односторонний отказ при существенном нарушении обязанности оплатить (пункт 4 статьи 1237 ГК РФ) |
Приостановление встречного исполнения |
|
Простои и отключения |
Правообладатель обязан воздерживаться от действий, затрудняющих использование (пункт 2 статьи 1237 ГК РФ) |
Регулируется соглашением об уровне сервиса |
|
Отчеты об использовании |
По умолчанию пользователь обязан их представлять, в оферте это нужно исключать (пункт 1 статьи 1237 ГК РФ) |
Не применяется |
Цена ошибки
Налоговые последствия. Освобождение от НДС снимается не из-за названия договора, а когда предметом оказывается не предоставление прав на программу из реестра российского ПО, а отдельная деятельность компании вокруг нее.
Например, в деле № А70-17647/2022 (Определение ВС РФ от 26.01.2024 № 304-ЭС23-29817) последствия оказались шире. Так, налоговый орган установил, что фактически передача прав на базу данных не осуществлялась, и это повлекло не только отказ в освобождении, но и утрату права на применение упрощенной системы налогообложения в связи с превышением предельной суммы дохода.
Не подпадают под освобождение внедрение, настройка, техническая поддержка, консультирование и администрирование, а также операции, которые компания совершает для пользователя за отдельную плату. Поэтому в смешанном договоре цена делится: освобождение применяется только к лицензионной части.
Гражданско-правовые последствия. Выбор модели определяет, вернет ли компания деньги пользователю. Два постановления Суда по интеллектуальным правам, вынесенные с разницей в 2 недели, показывают наглядную разницу.
По делу № А40-156555/2023 (Постановление от 04.12.2025 № С01-2867/2023) в иске о взыскании неосновательного обогащения отказано: факт передачи программного комплекса подтвержден, а неиспользование пользователем полученного программного комплекса не является основанием для возврата уплаченного лицензионного платежа.
По делу № А40-276861/2024 (Постановление от 18.12.2025 № С01-1548/2025), где предметом договора признано предоставление доступа, требование удовлетворено: услуги в спорный период не оказаны, и уплаченное вознаграждение взыскано как неосновательное обогащение.
Незаключенность. Наиболее тяжелый сценарий наступает, когда в лицензионном договоре не согласованы предмет, способы использования или размер вознаграждения. Тогда договора нет вовсе, а значит нет ни права использования у пользователя, ни основания для освобождения от НДС у правообладателя.
Выводы
Модель выбирается по фактической логике продукта, а не по названию документа. Лицензионная модель подходит продуктам, которые пользователь использует самостоятельно, и оплате в форме фиксированных или периодических платежей: она дает освобождение от НДС при включении программы в реестр российского ПО и защищает от возврата денег за неиспользованный период. Модель услуг подходит всему, что компания делает для пользователя своими силами, а также случаям, когда компания организует доступ к чужому продукту.
В случае, если продукт сочетает оба элемента, практическая рекомендация сводится к следующему:
-
разделить предмет договора на 2 части (предоставление права использования и оказание услуг) либо заключить 2 самостоятельных договора;
-
разделить цену, выделив вознаграждение за предоставление права и стоимость услуг отдельными суммами, поскольку освобождение от НДС применяется только к первой части;
-
проверить, что формулировка предмета соответствует выбранной модели: в лицензионной части – предоставление права использования, в части услуг – совершение действий для пользователя;
-
убедиться, что в лицензионной части согласованы предмет, способы использования и размер вознаграждения.
Договор, в котором стороны сами указали, что он является смешанным и в части предоставления лицензий регулируется как лицензионный, а в части технической поддержки – как договор оказания услуг, суды применяют именно в такой квалификации (Постановления Суда по интеллектуальным правам от 05.07.2024 № С01-1072/2024 и от 20.06.2024 № С01-1027/2024). Это самый надежный способ избежать спора о правовой природе.
Автор – Сергей Козин, Лидер практики интеллектуальной собственности, IT и персональных данных LMPG Partners. Вопросы по статье – в комментарии или в Telegram @lmpg_legal.
ссылка на оригинал статьи https://habr.com/ru/articles/1109514/